«Игра престолов» — интереснейшая кладезь разных характеров и судеб. Мы с вами уже разбирали Серсею Ланнистер, а в этой статье посмотрим на другую яркую героиню — Дейнерис Таргариен.
Она сочетает в себе удивительные качества: справедливость и жестокость, устойчивость и гибкость, чувствительность и целеустремлённость. Если убрать фантастическую составляющую её сюжетной линии, то можно увидеть, что этот персонаж довольно убедителен с точки зрения психологии его развития. Что сделало её такой? И какие психологические феномены раскрывает история этого персонажа? Давайте разбираться.
Когда мы рассматриваем какого-либо персонажа (не важно, речь идёт о кино или о реальной жизни), не лишним будет сначала подумать о его семье и той обстановке, в которой формировалась его личность. Что мы видим в нашем случае? Дейнерис выросла в не самой здоровой семье. Её отец был безумен и славился своей жестокостью. После убийства отца героиня оказалась во власти не менее нездорового брата, решившего продать её хоть и роскошному, но всё же дикарю. Как это на нее повлияло?
Дейнерис росла в опасной обстановке, полной жестокого обращения, игнорирования её потребностей и непредсказуемости. С одной стороны, непрекращающиеся психологические травмы, насилие и использование в своих интересах могут сформировать психологию жертвы.
Каждый может выбраться из позиции жертвы и начать выбирать себя. Ловите готовую подборку курсов, чтобы научиться отстаивать личные границы!
С другой стороны, комбинация желания выжить и постоянного ожидания опасностей, повлиять на которые человек не может, становятся фундаментом для параноидной адаптации личности. Это такой тип характера, при котором для человека становится важным контролировать, иметь влияние и власть, подчинять себе всё, что только возможно. Для такого склада личности характерны подозрительность и невозможность расслабиться.
В результате преодоления трудностей и проживания травм человек может не только сломаться, но и стать сильнее. Этот феномен в психологии называют посттравматическим ростом, и именно это мы и наблюдаем у Дейнерис.
Страх стать такой же безумной, как отец, помогает ей прислушиваться к советам; боль от чувства беспомощности делает её борцом за справедливость; опыт использования её в своих интересах помогает Дейнерис думать своей головой.
Не всегда психологические травмы калечат личность и однозначно ей вредят: они и ломают, и закаляют. Но негативные последствия травм всё же напоминают о себе и могут «выстрелить» в тот момент, когда человек думает, что всё уже позади.
Эта концепция описывает крайне популярную модель взаимоотношений между людьми, в которой проигрываются три роли: Жертва, Агрессор, Спасатель. Жертва сознательно или бессознательно выбирает страдать; Агрессор преследует, контролирует и тиранит; Спасатель жалеет и «причиняет добро» тем, кого угнетают.
Дейнерис была Жертвой обстоятельств, затем начала спасать тех, кто напоминал ей себя в детстве, а затем в ней включился Агрессор. Как правило, именно в таком порядке переключаются роли внутри личности, которую когда-то угнетали.
В эпизоде освобождения рабов, действия Дейнерис вызывают недоумение. Да, она хотела не просто обрести власть, но и спасти тех, кого угнетали. Но наша героиня не учла особенностей рабской психологии. Так называется тип мышления, при котором человек рассуждает в категориях «раб-господин», и эти роли сменяют друг друга, как в сокращённой версии треугольника Карпмана.
Психология раба — это неспособность принимать решения, перекладывание ответственности на власть имущих, страх свободы, стремление подчиняться или подчинять. Люди с таким мышлением просто не могут быть свободными: они или садисты, или мазохисты. Но Спасатель просто «творит добро», не задумываясь о том, какими будут реальные последствия его поступков для тех, кого он опекает.
Дейнерис спасала, потому что никто не спасал её. Ей было важно получить власть и контроль, потому что она сама поначалу не управляла собственной жизнью. Наша героиня показывает, как тяжёлый опыт прошлого может сделать человека сильнее — и в то же время разрушить и причинить боль не только ему, но и многим другим.