Дизумбрационизм: как нарисовать «мазню» и стать великим художником

Что ты думаешь о картине на обложке этой статьи? Что это мазня и такое любой может нарисовать? Точно так же думал и автор этой картины, который хотел отомстить за свою жену и случайно изобрел дизумбрационизм — фиктивное направление авангардного искусства, ставшее одной из самых громких мистификаций в живописи XX века.

После Первой мировой войны (тогда ее называли Великой войной) в Европе произошла девальвация традиционных ценностей. Вера в прежний порядок и классические эстетические нормы была подорвана, поэтому художники искали новые формы, способные выразить травму, хаос, абсурд и распад мира.

Америка вслед за Европой тоже предпринимала попытки осваивать новые направления авангардного искусства. После «Арсенальной выставки» (1913, Нью-Йорк) в США начал развиваться чисто американский вариант модернизма: красочные урбанистические фантазии Дж. Марина, абстрактная символика А. Доува, футуризм Дж. Стеллы, дадаизм Ман Рея, ready-made Дюшана. За художественным хулиганством было отрицание всех духовных ценностей, нигилизм и желание эпатировать обывателя. Каждый более или менее оригинальный мастер стремится породить свой стиль, манеру и почерк. А вот художники, которые придерживались традиционных взглядов и работали в реалистической манере, не всегда встречали поддержку и одобрение.

Так произошло и с Сарой Биксби Смит — художницей-любительницей, писавшей реалистичные пейзажи и портреты. Отборочная комиссия художественной выставки, открывшейся в Лос-Анджелесе в 1924 году, отвергла несколько ее пейзажей. Сара расстроилась и рассказала об этом мужу.

Пол Джордан-Смит был далек от живописи: он писал книги и преподавал английскую и американскую литературу в Калифорнийском университете. Однако он был уверен, что комиссия выставки не приняла картины его жены, потому что ничего не понимает в искусстве, и решил доказать это.

Пол одолжил у жены кисти и краски и за несколько часов нарисовал картину: женщина с венком на голове и бананом в руке. Произведение он назвал «Да, у нас нет бананов» — джазовая песенка с таким названием была чрезвычайно популярна в то время в Америке. Вскоре Пол пригласил знакомого искусствоведа для оценки якобы недавно купленной им картины.

Спрашивая мнения критика, Пол не скрывал скепсиса и откровенно называл картину мазней. Но к его удивлению, гость с ним не согласился. Он нашел картину весьма интересной, а манеру изображать фигуры и предметы без малейших признаков тени воспринял как новое художественное направление.

Джордан-Смит был обескуражен. Он не ожидал столь легкой победы и решил продолжить игру. Он взял псевдоним Павел Жерданович, назвался независимым художником и основателем «дизумбрационистской» (с лат. «без тени») школы живописи и подал заявку в группу нью-йоркских художников.

Переименовав картину с бананом в «Возвышение», Джордан-Смит представил ее для выставки в галерее Уолдорф-Астория в 1925 году. Там картину увидел граф Шабрие, французский критик и издатель. Позже он написал «Жердановичу» с просьбой прислать фотографию и рассказать о себе для публикации во французском художественном журнале Revue du Vrai et du Beau («Обозрение истинного и прекрасного»), что тот с удовольствием и сделал.

Вместо своей подлинной биографии Пол сочинил новую. Для французской публики он предстал москвичом, которого родители в детстве увезли в Чикаго. А на случай, если это недостаточно экстравагантно, выдумал еще путешествие на острова Южных морей и жизнь среди дикарей.

Статья, появившаяся в сентябрьском номере журнала Revue du Vrai et du Beau, содержала множество комплиментов в адрес Павла Жердановича. Шабрие писал: «У этого художника ярко выраженная индивидуальная манера изображать людей и предметы, и он использует кисть, чтобы символизировать чувства. В этом он иногда немного литературен и, не довольствуясь чисто пластической стороной искусства, пытается выразить психологию».

Позже Джордан-Смит написал еще несколько картин. Они также получили восторженные отзывы в американской и французской прессе. Его стиль называли «восхитительной смесью Гогена, Попа Харта и негритянских менестрелей, в которой много индивидуальности Жердановича». Всего за три года никому не известный преподаватель литературы превратился в художника, которого некоторые издания ставили в один ряд с лучшими авангардистами.

Казалось бы, можно было и дальше выставляться в галереях с написанными на скорую руку картинами и слыть великим мастером. Джордан-Смит сам писал в книге «Путь, по которому я пришел»: «Я получил больше известности от этой маленькой шутки, которая занимала у меня не более часа в год в течение трех лет, пока я этим занимался, чем от всей серьезной работы, которую я когда-либо выполнял на протяжении многих десятилетий». Но, видимо, искусство его действительно не особо интересовало, да и пора уже было довести до логического завершения месть, которую он когда-то пообещал жене.

В 1927 году Джордан-Смит дал интервью корреспонденту Los Angeles Times, где рассказал всю правду. Это стало мировой сенсацией. И хотя мистификация закончилась, критики продолжали спорить и обсуждать дизумбрационизм и талант Жердановича.

По мнению одних, Пол Джордан-Смит на самом деле обладал дарованием, но из-за отсутствия художественного образования и развитого вкуса сам не смог этого понять. Другие отмечали, что, будучи литератором, он уловил общие тенденции развития искусства и, пусть карикатурно и схематично, но отразил их суть в своих произведениях. Так или иначе, его мистификация до сих пор считается одной из самых громких в истории современного искусства.