«Одиссея» — достойная экранизация или пустой пересказ

17 июля вышел самый ожидаемый фильм года — экранизация поэмы Гомера, «Одиссея», Кристофера Нолана. За две недели «Одиссея» собрала больше 700 миллионов долларов, а билеты на некоторые показы были раскуплены еще за год. Но удалось ли у Нолана достойно экранизировать эпохальную поэму и не скатиться в пустой блокбастер?

Время чтения: 8 минут

Одиссей (Мэтт Дэймон) десять лет пытается вернуться домой в Итаку после падения Трои. Пока царь блуждает от острова к острову и сталкивается с гневом богов, его жена Пенелопа (Энн Хэтэуэй) и сын Телемах (Том Холланд) остаются без защиты и пытаются сохранить их дом.

Нолан превращает великий эпос о войне и странствиях в камерную семейную драму. Критики в ранних рецензиях отмечали, что если откинуть все лишнее, то мы получаем историю о воссоединении семьи.

Находится место и для мифологии, но в неожиданном ключе. Мы не видим могущественных богов, которые помогают или противостоят Одиссею. Нолан показывает их таким же образом, как их видели жители Древней Греции — через природные катаклизмы и знаки. Единственная богиня, которая имеет физическое воплощение — Афина (Зендея), которая принимает облик убитой Одиссеем во время войны девушки.

Фильм оказался перегруженным сюжетными линиями: у каждого острова своя история, свой конфликт и свои персонажи, и удержать все нити не получилось. Хотя, казалось бы, сложный по структуре сценарий — фишка всех фильмов Нолана. Диалоговые сцены заметно проседают на фоне визуального размаха — стоит камере переключиться с моря в темное камерное помещение, темп проседает вместе с ней. Все это утомляет вкупе с почти тремя часами хронометража.

Но это не единственная проблема фильма.

У Гомера Одиссей — герой языческого мира: он гордится своими подвигами, не мучается совестью из-за убийств и обмана и живет по логике славы, а не раскаяния. Нолан наделяет его чувством вины за нарушение «закона Зевса» и даже снимает почти исповедальную сцену признания перед Пенелопой, которой в эпосе никогда не было.

Режиссер, выросший в католической традиции, не столько экранизирует Гомера, сколько подстраивает его под опитку, свойственную современному, постхристианскому миру. Из-за этого античный герой других ценностей и другой эпохи местами больше напоминает кающегося героя современной драмы, чем персонажа древнегреческого мифа.

Главная удача фильма — баланс между эпосом и семейной драмой, который был присущ и самой поэме. Сцены боев и тяжелых странствий Одиссея не перекрывают бытовую тоску и напряжение Пенелопы и Телемаха. Они удачно друг друга дополняют, и на выходе трудно сказать, без чего бы фильм мог легко обойтись.

Бюджет фильма — 250 миллионов долларов на производство и еще 125 миллионов на продвижение. Это самый дорогой проект в карьере Нолана. Съемки длились полгода в 2025 году и охватили добрую часть земного шара — Марокко, Греция, Италия, Шотландия, Исландия и Западная Сахара.

Нолан известен тем, что всего фильмы сняты практически без использования зеленого экрана и CGI. «Одиссея» не стала исключением. Даже циклоп-великан Полифем не нарисован компьютерной графикой, а является гигантской куклой-аниматроником.

И самый обсуждаемый съемочный момент — «Одиссея» стала первым фильмом Нолана, полностью снятым на IMAX-камеры с 70-миллиметровой пленкой, а увидеть ее так, как это задумывал Нолан, можно всего в 42 залах мира.

Кристофер Нолан всегда был известен желанием создавать максимально реалистичные кадры, не важно, будь то открытый космос или огромная пустыня. Но, кажется именно в «Одиссее» режиссер дошел до предела в своем стремлении.

За пару недель до премьеры фильма интернет заполонили новости о том, что во время съемок одной из сцен в море, вся съемочная команда попала в сильный шторм, но съемки не остановились. Напротив, Нолан спросил разрешения у актеров, столкнувшихся с морской болезнью, заснять их страдания на камеру. Пользователи в сети подняли обсуждение, насколько это вообще этично.

Также актерам было запрещено сидеть на съемках (только если это не часть сцены) и пользоваться телефонами для полного погружения в напряженную обстановку фильма.

Еще одной сильной стороной фильмой является актерский состав. В фильме буквально собрался весь «Олимп» Голливуда — Мэтт Деймон, Энн Хэтэуэй, Зендея, Том Холланд, Шарлиз Тэрон и другие. Но не всем актерам были одинаково рады зрители.

Кастинг Люпиты Нионго на роль Елены Троянской взорвал соцсети еще до премьеры. Часть зрителей и консервативных критиков сочла выбор темнокожей актрисы на роль классической гречанки исторически недостоверным и политически мотивированным. Многие оказались в целом недовольны, что в фильме снялись темнокожие актеры, но актеров-греков там нет.

Нионго ответила в Elle, что каст фильма отражает мир, в котором мы живем, и оправдываться перед хейтерами никто не собирается. Нолан вовсе отказался обсуждать критику до выхода фильма, вспомнив похожую реакцию во времена трилогии о Бэтмене.

Дебютный уик-энд принес «Одиссее» 264 миллиона долларов по всему миру — лучший старт в карьере Нолана, обошедший даже «Темного рыцаря» с его 198 миллионами. За первые двенадцать дней проката сборы перевалили за 700 миллионов, и аналитики уверены — картина пересечет отметку в миллиард уже в ближайшие недели.

Новые проекты Кристофера Нолана никогда не проходят спокойно. Скандал на скандале, бурные обсуждения — без этого не обошлась, кажется, ни одна его премьера. Особенно, когда тема новых картин — историческое событие («Оппенгеймер») или мировое культурное наследие, каковым является «Одиссея» Гомера.

Мы не соврем, сказав, что только Нолан мог замахнуться на проект такого масштаба. Его «Одиссея» стала грандиозным произведением, технически внушительным, но и местами затянутым. С блестящим актерским составом, но и с заметно слабыми диалогами и проседающими сюжетными линиями. Идеальной экранизацией Гомера «Одиссея» не стала, зато показала, как история, написанная почти 3 тысячи лет назад, до сих пор волнует всех нас.

А вы посмотрели «Одиссею»?